Бесплатная горячая линия

8 800 301 63 12
Главная - Другое - История любви на тюрьме

История любви на тюрьме

История любви на тюрьме

Жёсткие нравы женской тюрьмы, «половинки» и материнский инстинкт


26 января 2021Женский вытрезвитель и женская тюрьма — нет более унизительных мест пребывания для женщины. Даже абортарий не идёт с ними ни в какое сравнение. Те, кто побывал в местах заключения, единодушно утверждают: тюремный опыт бесценен, но лучше его не приобретать. Особенно прекрасной половине человечества.Материал опубликован на портале .И всё-таки женщины попадают за решётку.

Одни — по стечению трагических обстоятельств. Другие — словно движимые злым роком.

Если Книга Судеб существует, биографию бывшей заключённой Натальи Птицыной наверняка вписал туда лично Сатана.*Чтобы изложить предысторию, понадобилась бы ещё одна публикация. А лучше бы, конечно, написать сценарий сериала или повесть о девушке, которая рано лишилась родительской заботы, и жизнь сама взяла над ней опеку, преподавая один жестокий урок за другим. «Чем жизнь отличается от .?», — шутил персонаж фильма «Москва» и сам же давал ответ: «Жизнь жёстче».Замуж вышла рано.

Избранник оказался жуликом, которого отовсюду увольняли. Вдобавок начинающим алкашом. Когда поняла, что семью с ним не создать, было поздно: вот-вот родится дочь.

Подала на развод — отказали: «Муж ведь вас содержит!».

А Георгий не вылезал из загулов, и весь заработок обращал в водку. Пять лет Наталья фактически в одиночку воспитывала ребёнка.И в милиции, и в суде матери объяснили: если бы она, подавая на развод, лишала мужа отцовских прав, ей помогли бы. Но сейчас у отца такие же права на ребёнка, как и у неё.Помощники Гурама нашли бывшего мужа в Подмосковье.

Он жил с другой женщиной, устроил Машу в сад под её фамилией.

Ребята Гурама привезли туда Наташу, и она под защитой бугаёв забрала дочь.Но папаша не испугался бугаёв и снова выкрал ребёнка, а предлагать Гураму во второй раз было уже нечего…Деньги кончились.

Подруги пошли в помощницы к лохотронщикам. «Мы деградировали до такой степени, что готовы были снять последние штаны, чтобы купить дозу, — рассказывает Наталья. — Однажды зимой вышли к ларьку настрелять денег на укол.

Налетели на пьяную компанию, которая сама стала требовать у нас деньги.

Не помня себя, я отметелила какую-то попавшую под горячую руку дамочку, но спохватилась и оставила ей адрес: приезжай, всё уладим. Дамочка приехала с милицией. Тут выяснилось, что Лена была под следствием.

Моё хулиганство и её куда более серьёзные прегрешения объединили в одно дело.

Так мы оказались в следственном изоляторе.

Опер пояснил: за хулиганство в первый раз тебе грозит штраф, но раз идёшь «в упряжке», рассмотрение затянется. Я поняла, что влипла очень крепко. Но тюрьма лишь слегка отрезвила меня.

Наркотики помогали забыть, что у меня есть дочь. Тюрьма напомнила».*— Каково это — в первый раз входить в камеру? Говорят, как себя в камере поставишь, так к тебе и будут относиться.— Об этом я не думала.

В камеру шла со своим грузом проблем, который, как мне казалось, ставил меня выше всех этих, кто там обретался.

Я — волчица, у которого отняли волчонка.

И перегрызу горло любому, кто вякнет на меня.

Вот с таким настроем пришла.Вхожу — камера довольно тесная. Ни с кем не здороваюсь. На меня смотрят 80 пар глаз.

Правил тюремного общежития не знаю.

Да если бы даже знала… Выбираю место поудобнее и, сбросив чужое шмотьё на пол, водружаю принесённый с собой матрас: «Спать буду здесь!» Никто не возразил — видимо, в моём голосе слышалась такая власть, угадывался такой характер, что все поняли: отныне в «хате» будет верховодить она. Верховодила я там почти три с половиной года, потому что статья 161 (грабёж), по которой я должна была проходить, обросла очень неоднозначными предшествующими обстоятельствами.— А ваша подруга?

Вас поселили вместе?— В Москве это единственный следственный изолятор для женщин, и я рассчитывала, что с Леной мы рано или поздно встретимся — не у следователя, так в бане или ещё где-то. Но что-то не получалось. О ней вообще речи не было. Когда я говорила следаку: спросите у Лены, он кивал: спросим… Спустя несколько месяцев я случайно узнала, что Лена умерла вскоре после ареста.

Сердце…— Вы видели телесериал «Клетка»?

История героини напоминает вашу.

Потеря близких, месть, тюрьма…— Фильм занятный, но всё-таки это выдумка сценариста. Тюремные сцены, взаимоотношения сокамерниц — полная чушь! Героиню Апексимовой принуждают к любви — это вообще, извините, ни в какие ворота…— Разве такое не распространено среди женщин-заключённых?— Не в этом дело.

Я, интернатовская, когда оказалась в тюрьме, поймала себя на мысли: да тут те же дети, только повзрослевшие! Вначале, попав за решётку, паникуют. Немного освоившись, норовят словчить, украсть сладкое, а потом группируются в кучки, чтобы чувствовать себя защищёнными.

Образуют семьи однохлебниц, но это вовсе не то, что вы думаете.

Новички держатся друг друга — тоже временное сообщество, в котором, глядя на старожилов, учатся себя вести. Те, у кого срок пребывания побольше, живут своей семьёй. Над всеми — смотрящая за камерой. Это обычно заключённая из среды бывалых, пользующаяся беспрекословным авторитетом. Она решает все внутренние вопросы, выступает судьёй в конфликтах, а главное, следит за тем, чтобы соблюдался неписаный, но жёсткий закон тюремного быта.

Она решает все внутренние вопросы, выступает судьёй в конфликтах, а главное, следит за тем, чтобы соблюдался неписаный, но жёсткий закон тюремного быта. Поэтому такого быть просто не может: принудить понравившуюся молодуху к сожительству.— Тогда как же происходит формирование семейных пар?— Они называются «половинки».

Это в большинстве случаев не прихоть и не разврат. Хотя бывает, конечно, что какая-нибудь заключённая скачет со шконки на шконку (шконка — кровать в камере.

—И.З.).Тюрьма — самое противоестественное место для продолжательницы рода человеческого.

Одно дело — заслуживает она тюрьмы или нет. Другое — как в этих чрезвычайных обстоятельствах сохранить в себе человеческие качества.

Вот женщины и группируются по интересам, создают некую модель если не семьи, то общежития: вместе за столом пьют чай, обсуждают близкие им темы. То есть стараются продолжать жить той, прежней жизнью.

Настолько, насколько это возможно в изолированном помещении с решётками на окнах. Пачка печенья с воли — это не только символический противовес миске с тюремной баландой, но и напоминание о доме, о муже.

А муж — это любовь…И вот женщине — не сразу, спустя полгода или даже больше — становится понятно: жить можно и в тюрьме.

И даже иметь близкие отношения.

Сначала появляется любопытство. Многие что-то слышали или даже знают об этом, но сами ещё не пробовали. Ну и случается то, что случается.— Вы тоже вступали в «тюремный брак»?— Он меня спас.

В интернате среди девочек-подростков это распространено. Поэтому мне не в новинку. А моя «половина» попробовала просто из любопытства. После того как мы сблизились, Люба мне рассказала, что, когда она зашла на тюрьму (так говорят заключённые — не «попала в тюрьму», а именно «зашла на тюрьму»), ночью услышала ахи и вздохи за отгороженной простынёй шконкой.

И появилось любопытство. Долго наблюдала сначала за этой парой, всё не могла взять в толк: как так — женщина с женщиной? Потом узнала, что есть и другие «половины».

Дальше — больше. Её просветили, сказали, что активные женщины в тюрьмах зовутся коблами. Они и выглядят мужиковато, ведут себя не так, как остальные женщины.

К этому, конечно, надо привыкнуть…— Разве в тюрьме разрешают существование «семейных» пар?— Нет, конечно. Но оперативные работники — хорошие психологи, они тоже женщины.

Зная от информаторов, кто живёт «половинами», прекрасно чувствуют, где серьёзные отношения, а где — поверхностные.

Устойчивые пары стараются не трогать, не создавать конфликтные ситуации: оперу нужен порядок, а не нарушения. Но чтобы проверить отношения, нередко провоцируют, раскидывая «половины» по разным камерам.— И у вас сносило крышу?— Я больше скажу: приходилось вызывать наряд с собаками, чтобы завести меня в другую камеру. И там я такое вытворяла! Стальную дверь вправляли после моих истерик… У меня было погоняло, как говорят мужики-уголовники: Птица.

Думаю, если сегодня прийти в женскую следственную тюрьму и спросить персонал, помнят ли они Птицу, вам про меня много расскажут. Если захотят. Я ведь половину времени, проведённого за решёткой, отбывала в карцере.Для «несемейных» карцер — это холодная кутузка и двухнедельное полуголодное существование.

Для меня — одиночество и разлука со своей «половиной».

Она ведь стала для меня самым дорогим человеком. Других не осталось.— А почему вас сажали в карцер? Кто-то из сокамерниц на вас жаловался?— Не то чтобы жаловались… Некоторым не нравились порядки в камере. А я помогала смотрящей следить, чтобы порядок был всегда. Иначе в тесноте прожить трудно. Кто-то думает, что попал в тюрьму ненадолго.
Кто-то думает, что попал в тюрьму ненадолго. Мол, разберутся и выпустят. Или муж выкупит.

Таких бывших мечтательниц — почти вся камера. Месяцами живут, прощаясь с надеждой. Поэтому к новеньким относятся с пониманием.

Мечтай, но не хами.— Как сокамерницы общаются между собой?— Общаются ровно.

Доброжелательность не показушная — она естественная. Камера не коммуналка. Равны все: что «семейные», что одиночки.

В чужие дела там вообще не принято совать нос. Но женщины — они же организованы намного тоньше, им надо выговориться. Иногда проговариваются, и вдруг узнаёшь: перед тобой сидит детоубийца!

Ну, а таким в камере не место. Вот это самый страшный грех на тюрьме в глазах женщин, а не чьё-то сожительство.— Если детоубийцам не место в тюремной камере, то тогда где?— Где — никого не волнует.

Но таким подследственным в общих камерах очень и очень плохо. В тюрьме женщины всё воспринимают намного острее.

Оторванные от детей (а многие, кстати, сами в этом виноваты), занимаются самоедством. И вдруг из разговора выясняется, что среди них та, которая убила своего ребёнка.

Накал страстей неописуемый! Если не сдержать общее возмущение, могут покалечить. Зная об этом, опера обычно держат убийц особняком, чтобы сохранить целыми и невредимыми до суда, — это же следственный изолятор.Но у нас был случай, когда удалось разоблачить такую детоубийцу, и после этого её от нас отселили. Следователь ей говорил: помалкивай!

Но однажды она подсела за стол к моим однохлебницам, попросила заварочки, а потом её вдруг прорвало: «Оговорили меня, а детишки сами виноваты. Они у меня под столом сидели, как собаки…».В камере уже была накалённая ситуация, но опер не спешил её переводить, может, дожимал таким образом для следователя.

Эта тварь лежала рядом с парашей, потому что вместе со всеми спать ей уже было нельзя. И в кухню нельзя. Вечером она подошла ко мне робко: «А можно в туалет?» И тут что-то на меня нашло.

Хватаю её за волосы — и лицом в унитаз. Впервые так сорвалась…— Как опер отреагировал на самосуд?— Перевёл в другую «хату». Дальше ― как обычно. Заставляют войти — не вхожу.

Вызывают наряд с собаками, загоняют.

Тогда сажусь на лучшие нары и объявляю: «Я — Птица, и мой шконарь будет здесь! И в камере убираться не буду».Смотрящая усмехнулась, скинула мои вещи. Завязалась драка — такой у меня был выброс эмоций.

На шум влетели оперативники, за ними с молитвами вошли какие-то монашки. Я села за стол и объявила: «Мы здесь сами разберёмся, а эти — кто такие?!» Но монашки не уходили, пели ещё полчаса, пока я жар не погасила.

А я всё думала: как там моя Люба? Потом узнала, что и ей сделали больно.

Пришёл опер и сбросил её развешенное бельё на пол. Любе бы прикусить язык, но она, ещё новичок в тюрьме, спросила: зачем вы это сделали?

И всё — в карцер на 15 суток.— Можно представить, как вас любило тюремное начальство!— Они люди, и всё, конечно, понимали: мать без отнятого у неё ребёнка. Знали, что я в некоторых ситуациях на всё способна.

Иногда они поступали на удивление по-человечески. Например, перед тем как отправить Любу на зону, опер оставил нас с ней в одиночной камере.

А всего нам удалось пожить вместе только год.— Тюремный опыт пошёл вам на пользу?— Польза от него может быть только одна: тюрьма закаляет характер. Но характер мой закалился задолго до тюрьмы.

А в тюрьме его проверяли на прочность. Выдержал. Больше того — после освобождения я смогла быстро вернуться к нормальной жизни, хотя, по сути, у меня её практически и не было. Зато теперь всё в порядке. Правда, тюрьме за это «спасибо» сказать не могу.*«Я первое время спать не могла, — признаётся Наталья.
Зато теперь всё в порядке. Правда, тюрьме за это «спасибо» сказать не могу.*«Я первое время спать не могла, — признаётся Наталья.

— Дремлю, а сама посматриваю, не выскользнет ли Маша на улицу.

Вставала, проверяла замки на дверях. Долго не могла избавиться от этого бзика».Беседовал Игорь Зайцев, .

Тюремная любовь

461 Начало здесь:В тюрьме любовь была.

Порой еще более сильная и трагичная, чем на воле. Были и предательства, и слезы, и обман. Вообщем, все, как у нормальных людей — только за решеткой.

Любовь эта была, в большинстве случаев, платонической, и, зачастую, такой и оставалась. Представьте себе огромную тюрьму, процентов на семьдесят заполненную мужиками, и на тридцать-девками. В большинстве своем молодыми, замученными бездельем и неизвестностью.

Люди знакомились всеми правдами и неправдами — писали малявы, кричали через стены прогулочного дворика, выглядывали из окон.

Многие делали это просто со скуки, чтоб убить время, или в надежде подцепить себе лохушку-заочницу, но были и серьезные романы.Моя семейница Люся, мать троих детей, с виду нормальная сорокадвухлетняя женщина, не обремененная вредными привычками. Уселась она за наркоту, хотя сама никогда не кололась. Просто, по ее словам, в то лихое время решила подзаработать на перевозке шуб,возила баулы на поезде.

Примерно на пятой поездке ее и взяли — в аккуратно зашитыхподкладках шуб были припрятаны наркотики. Люда про то, что шубки были с «начинкой», ничего не знала. А, может, и знала — это уже не важно, все равно ее осудили и посадили.Познакомилась Люда известным способом(через малявы) с каким — то большесрочником, лет на десять младше.

Он писал ей длиннющие «портянки» о том, как любит, какая она на фото красавица.Красавицей Люся не была, и ухоженой леди ее тоже назвать было нельзя — обыкновенная бабёнка,выглядящая даже старше своего возраста. Но ласковым словам своего возлюбленного охотно верила, с блеском в глазах делилась с нами — какой он серьезный и хороший. Любимый слал ей картинки, собственноручно нарисованныеим(или не им, или не собственноручно), расписывал подробно, как он уже заочно любит всех ее детей, и как они счастливо заживут, как только у него закончится срок.

А сроку того было,без малого-двадцать лет.

Люся не унывала, вязала милому носки и жилетки, всеми правдами и неправдами доставая пряжу. Получив скудную зарплату на счет или редкую передачу — Люся «грела» любимого сигаретами и чаем, за что опять получала красивые картиночки и нежные послания, полные слов любви.Думаю, не нужно говорить, что над Людмилой ржали все.

Ну, как ржали. Кто в открытую потешался, кто молча крутил пальцем у виска, кто жалел и удивлялся ее глупости.Я относилась к последним. Убеждать ее было бесполезно, человек очень хотел любви-человек ее получил.

Со временем все просто перестали обращать на эту историю внимания. Зек сидел под следствием достаточно долго, около двух лет, так что сигарет и носков любимая успела послать ему очень много.Для тех, кто не до конца понял ситуацию-хочу пояснить: сидит такой «несчастный» зека, который понимает, что ему уже не выйти ближайшие 10-15-20 лет. И начинает он писать «малявы» во все женские хаты с предложениями о знакомстве (авось кто клюнет).

Некоторые женщины клюют, переписка завязывается.

Выбираются дамы, желательно побогаче и с малым сроком — начинается «любовь».

Там уже и нежные слова, и клятвенные обещания, и мечты о совместном будущем.Сидя в тюрьме, такая девушка по-возможности, снабжает своего друга. А освободится — так еще лучше, и передачу проще послать, и на свиданку приехать может.

Таких лохушек у тюремного «казановы» обычно несколько, слов любви хватает на всех — делать то за решеткой совершенно нечего.Была у нас еще Светка, симпатичная такая девка, хоть и взрослая — 37 лет ей тогда было.

Тоже общалась с большесрочником, но там была ситуация совсем противоположная первой. Сиделец тот реально влюбился, Светке слал подарки, продукты и другие всякие ништяки. Помню, что играл он серьезно, и нужды ни в чем не знал.

Об их романе знала чуть ли не вся тюрьма,и даже в шутку называли Светку по его фамилии,как жену.

Любила ли она — не знаю.Малявы писала исправно, а в остальном — чужая душа потемки.Помню еще Маринку, девочку всего восемнадцати лет. Тоже была безумная любовь с зеком. Освободилась раньше, ситуация у нее с родными была «не очень», и возлюбленный наказал своей матери принять будущую невестку.

Та поначалу послушала сына, и жили они с Маринкой вдвоем.

Но вскоре молодой девке надоело томиться в ожидании, начала она гулять — на этом все кончилось. Как сейчас живет Маринка — не знаю.Лена, тоненькая такая, худая, страшненькая девочка.

Когда я заехала, ее уже расконвоировали, близилось освобождение.

И «любилась» она с парнем с мужского рабочего отряда(ему тоже сидеть оставалось не долго).

Этим было проще — мужики передвигаются практически свободно по территории тюрьмы. Он подходил, по-возможности, к нашим окнам, и они подолгу разговаривали. Когда мы ходили на репетиции праздников в мужской отряд(там стояло пианино) — то влюбленным даже удавалось обменяться парой поцелуев. Вообщем — освободились они один за другим и стали жить вместе.
Вообщем — освободились они один за другим и стали жить вместе.

Кстати, по последней информации, живут до сих пор, женаты, и за решетку больше не возвращались.Но интереснее история тюремной любви была у этой девушки: Тоже Лена, сидела за наркоту, возрастом тогда была 28 лет.

Самая шебутная и скандальная барышня из всего нашего отряда. Ленка спокойно говорить не умела, почти всегда орала и дергалась. Часто провоцировала девок на конфликты, из-за чего случалась ругань и драки.

В принципе — ее нелюбил никто, просто терпели.

Ленка умудрялась напиваться прямо на работе, напивалась заранее поставленной бражкой, которую прятала в подвале столовой, в ящике для овощей. Ленка приходила со свиданок под дозой, и откровенно «висла» на проверках прямо на глазах у воспитателей и нашей «оперши»,охуевавших от такой наглости. Как ей так удавалось — незнаю, но Ленка ни разу с поличным не попалась.

Ментов это бесило, и девчонка периодически уезжала в карцер на пару суток за другие, более мелкие провинности.

А уж сколько часов мы всей хатой из-за нее провели в «холодной»(это такая большая камера без лавок и шконарей,по-сути большой бетонный мешок,где очень холодно), сколько раз мы ее»благодарили» за «шмон»- и не сосчитать.Ну,да ладно.

Влюбилась Ленка в парня, тоже с «рабочки», и даже как-то поменялась,стала спокойней от этой любви. И все, вроде, было, как у всех — длинные малявы, разговоры через окно.

Я уже говорила, что «рабочим» проще было встречаться,чем подследственным.

Мы ходили по тюрьме и администрации каждый день, а мужики так и вообще по территории передвигались свободно. Наши влюбленные позже даже придумали способ потрахаться. Сначала-в бане, там было два выхода, с одного из которых нас приводила всего одна дубачка, которая в помывочную и не заходила.

А дальше, после душевых, был и другой выход, вроде подсобного. Ленка раздевалась, шла с нами типа в душ, а сама — ко второму выходу, где ее уже ждал поклонник.

Там они развлекались минут 30-40. Получалось это не всегда, но частенько. Не смотря на то, что Лену особо не любили — мы ее покрывали,и встречи эти проходили благополучно.

Еще был способ — на личных свиданиях.

Приезжала к тому парнише мама на три дня.

Вся наша бригада имела доступ к комнатам свиданий, так как находились они все в том же административном корпусе.Приходили так вот мы с утра наработу, расходились по участкам, а Ленка оставалась в комнате свиданий с возлюбленым. Её участок мы, войдя в положение, «делили» на всех, а мама в это время сидела в общей кухне и пила чай.

Прошло несколько месяцев, и парню пришло время освобождаться, Ленке же еще было сроку года два. На словах обещал ждать ее и приезжать, но случилось по другому. В день освобождения мы все видели в окно,как он ходил по тюремному двору, сдавал завхозу казенные вещи.

Видела его и Ленка, висела на окошке,в надежде на прощание перемолвиться словом с любимым, но он даже не поднял на нее глаза.

Он уходил на свободу, не оглядываясь. Проторчав три часа на окошке, Ленка все поняла и, наконец, слезла.

Она как-то даже посерела и осунулась, сразу легла на шконарь лицом вниз и зарыдала. Она плакала долго, громко, в полный голос, трясясь и сжимая подушку побелевшими пальцами.Хата молчала. Мы знали, что ей надо выплакать свою боль.Спустя какое-то время рыдания стали чуть тише, и девчонки стали подходить, чтоб ее утешить.

Кто-то заварил чаю, кто накапал валерьянки. Через два дня Ленка по поведению стала такой же неуправляемой,как и раньше. Разговоров о неудачном романе не заводила, а мы ее на этутему и не трогали,понимая, что за внешней бравадой, в ее душе еще живет обида которую лучше не тревожить.Насчет любви между женщинами в неволе мы, конечно,знали и слышали.

Ходили рассказы о многоходах, которые, не смотря на запреты ментов, «спали» по двое, занавесив шконарь одеялом.

На зоне, говорят, еще проще — и лесбийские «семьи» там явление не редкое. Но у нас таких отношений не было, и , как-то, никто и не пытался. Девчонки,будучи гетеросексуальными, друг на друга не бросались, поэтому мне нечего рассказать на эту тему.Любите друг друга и не предавайте!Продолжение следует.

Сохранить Поделиться

«Любовь на зоне»: заключенные рассказали, как строят отношения с женщинами

Прощаемся с Владимиром, на его место садится Алексей. Разговорчивый, умно рассуждает, говорит, что любит читать.

Рассказывает про свою избранницу.

«Никто не застрахован от обмана. Здесь мы все хорошие, а на свободе можем быть другие.

С другой стороны, знаю массу ситуаций, когда люди познакомились в колонии и после освобождения мужчины они продолжили жить вместе, хорошо живут и по многу лет. Есть и другие истории. Недавно у нас один женился, жена ему говорит, напиши на меня доверенность, я квартиру твою продам, а больше куплю.

Он написал. Ни жену, ни квартиру с тех пор не видел. Обмануться можно как здесь, так и на воле. Любовь — это лотерея. Кому-то в ней везёт, а кому-то нет».

— А как чаще осуждённые женятся — по любви или расчёту? — Есть такой фактор, как одиночество.

Человеку всегда надо поговорить с кем-то по душам. Здесь есть психолог, но к нему же не будешь каждый день ходить, нас много, а он один. Для этого и нужен свой человек.

Вообще, я считаю, три основных аспекта браков в колонии: физиологический, психологический и духовный. Для Алексея психологический и духовный — совершенно разные составляющие.

Смысл последнего из его уст до конца мне не удалось понять. Зато про свои отношения с женщиной он объяснил довольно понятно: — Это молодые «женятся глазами», а более зрелом возрасте брак заключаешь уже с тем, с которым интересы совпадают, можно поговорить по душам. Я женился именно на такой женщине.

Нам по 43 года, мы до этого знали друг друга. Дети у нас выросли. — То есть детьми вы уже обзавелись, вам уже не надо, — с шуткой уточняю я. — Почему не надо! Сына надо. Но я пока не загадываю. Рано ещё про это говорить. Если не получится родить, мы усыновим или внуков нянчить будем. Сельским хозяйством решили заниматься, в деревню переехать, на свежем воздухе ребёнку будет хорошо.
Сельским хозяйством решили заниматься, в деревню переехать, на свежем воздухе ребёнку будет хорошо.

С Алексеем мы разговаривали дольше всех. Поведал он, за что сидел, рассказал и про прошлые свои правонарушения.

Говорит, когда первый раз попал в колонию – не осознал ничего. Вскоре после выхода из неё получил ещё один уже больший срок, тогда задумался.

Говорит, обратно не собирался, но так случилось, что убил отчима, который избивал мать.

Посадили на 9 лет. Из них сейчас прошло уже 2 года. Алексей надеется, что сможет освободиться раньше срока.

Про женщин и, в том числе, про свою маму, говорит:

«У каждой есть своя лебединая песня, каждая выбирает сама себе мужчин, а женская логика порой логике не поддаётся»

.

radulova

Я никогда не планировала знакомиться с заключенным и иметь с ним какие-то отношения.

Но у меня есть подруга, муж которой оказался на зоне, был осужден на семь лет, и она ездила к нему на свидания.

И вот однажды он обмолвился, что есть очень неплохие ребята, которые хотели бы познакомиться с хорошей женщиной для создания семьи. Мол, передай Кате, вдруг она захочет получить письмо от человека из зоны.Я в ту пору была одинока, годы уходили, замужества не предвиделось. Стало вроде как любопытно, да и потом: письмо — это же ничего еще не значит.

Я согласилась, и вскоре мне прилетело сразу несколько весточек. Я не стала отвечать всем, выбрала некоего Павла. Написано было грамотно, толково, в меру романтично.

Кстати, зэки — самые большие романтики в мире, как, впрочем, и «сказочники»: такого понапишут! А наобещают — вообще даже не с три короба, а десять.Павел сообщил, что сидит потому, что взял на себя чужую вину, за друга, потому как у того была многодетная семья. Были в компании, выпили, произошла драка, и совершилось убийство.

Я, мол, в драке участия даже не принимал. Я только потом узнала, что три самые распространенные версии преступлений среди заключенных — это «взял на себя чужую вину», «сел по глупости», «вступился за свою (или чужую) девушку».Завязалась переписка.

Я слышала, что на некоторых зонах есть Интернет, но там его не было — мы обменивались обычными письмами в конвертах. Павел характеризовал себя весьма положительно: работящий (у него было строительное образование), выпивает только по праздникам (тоже, кстати, избитая формулировка), любит детей, ну и так далее.

Вспыльчив, но отходчив (еще один штамп), но тогда я не обратила на это внимания.

Я получила фото Павла. Выглядел он хорошо, симпатичный, ничего «зековского» я в его внешности не увидела: человек как человек. Я в ответ прислала Павлу свое и получила столько комплиментов, сколько не получала за свою жизнь!В качестве отступления скажу, что наши женщины слышат очень мало хороших слов: от мужчин, от мужей, вообще от людей.

А тут — как божья роса капает на пересохшую землю. Мне было приятно, и я стала чувствовать, что влюбляюсь в Павла просто даже за эти слова. Вскоре он пригласил меня на кратковременное свидание, а дальше опять отступление, правда, несколько запутанное: сама разобралась далеко не сразу.Если осужденный отбывает наказание в исправительной колонии строгого режима и находится в обычных условиях, то ему в течение года разрешается иметь три краткосрочных и три длительных свидания; в облегченных условиях — четыре краткосрочных и четыре длительных свидания; в строгих условиях — два краткосрочных и одно длительное свидание.

Если осужденный находится в исправительной колонии особого режима, в обычных условиях, то ему в течение года разрешается иметь два краткосрочных и два длительных свидания; в облегченных условиях — три краткосрочных и три длительных свидания; в строгих условиях — только два краткосрочных свидания.

Осужденный, который отбывает наказание в колонии-поселении, может иметь свидания без ограничения их количества.На долговременное свидание (трое суток) я права не имела: не жена. Поэтому мы общались через стекло и говорили через трубку в присутствии сотрудника исправительного учреждения (думаю, многие видели такое в фильмах).

Тогда мы впервые встретились вживую, и я, конечно, сильно волновалась. Накануне привела себя в порядок, как только могла, и вновь получила массу комплиментов. Говорили обо всем, как-то понемногу узнавали друг друга.

Павел знал, какие слова произнести, чтобы я просто млела. Об условиях заключения он говорил мало, больше шутил, что вот, в колонии и кормят бесплатно три раза в день, и на нарах можно валяться вволю, и в игры играть, и анекдоты травить.В последующих письмах уже пошли признания в любви, обращения «моя красавица», «единственная» и тому подобное. Я стала отправлять Павлу посылки с разрешенными продуктами и вещами — всегда собирала с любовью.

Однажды он написал, что у него порвались кроссовки и износился спортивный костюм.

Мол, у мамы маленькая пенсия, на зоне заработки никакие, а друзей просить неудобно. Я выбрала самые дорогие кроссовки, какие только смогла купить, да и спортивный костюм тоже.Я ездила еще на три краткосрочных свидания, а потом Павел предложил мне выйти за него замуж.

Тогда мы наконец смогли бы встретиться в колонии уже не по разные стороны стекла и побыть вместе аж трое суток! Не скажу, что я бросилась в омут головой — довольно долго думала, размышляла.

Жена — это уже серьезно, и мне предстояло ждать его еще семь лет. С окружающими советовалась по минимуму. На работе никто вообще ничего не знал; я рассказывала о Павле только близким подругам и родителям.

Мои папа и мама были резко против этого брака, подруги относились по-разному. Кто-то говорил, что если это любовь, то почему бы и нет, другие высказывались, что надо быть осторожнее с теми, кто сидит в тюрьме, и лучше все-таки поискать человека на воле.Замуж за Павла я все-таки вышла, хотя понимала, что совместить отсидку с семейной жизнью довольно-таки сложно и за решетками — совершенно другой, мало связанный с нашими реалиями мир. Расписались мы с Павлом на зоне.

Я привезла с собой сотрудника ЗАГСа, за все заплатила сама: именно так это обычно и происходит. Получили поздравления от начальника колонии, а так в целом все прошло очень просто и скромно.

Но это было вроде как и неважно.Потом я приехала уже на долгосрочное свидание, на которое теперь имела право. Не очень приятный момент, когда меня обыскивали, но я была психологически готова к этому, потому как понимала, где оказалась.

Все привезенные с собой продукты тоже тщательно проверили; кстати, это не касалось того, что я потом докупала в тюремном ларьке. Продукты я привезла как готовые, так и сырые: оказалось, на общей кухне есть плита и можно готовить. Душ и туалет тоже общие, а вот комнатки — отдельные, там есть кровать, шкафчик, стол и стулья.

Подробностей свидания описывать не буду — это слишком личное.

Скажу только, что первая брачная ночь удалась, да и в целом в общении Павел меня не разочаровал.На общей кухне я познакомилась с другими женщинами, приехавшими на свидания с находящимися в заключении мужьями.

Кстати, таких шедевров кулинарии, какие я там увидела, я не встречала больше нигде. Какие только блюда не готовились, какими только рецептами не делились! Только мне казалось странным, что многие женщины привозили с собой детей, даже грудных.

Зачем? На мой взгляд, ни детям на тот момент не были нужны папы, сидящие в тюрьме, ни отцам в этой ситуации — дети. Хотя, возможно, я ошибаюсь, поскольку у меня на тот момент детей не было.Ни для кого не секрет, какова основная цель свиданий для многих отбывающих срок мужчин: это секс.

Разумеется, надо обсудить и какие-то семейные, домашние проблемы, и лучше, конечно, вживую, но на худой конец это можно сделать и в письмах или на краткосрочном свидании. Про интимные отношения с заключенными среди присутствовавших на кухне женщин ходили целые легенды.

Мол, изголодавшиеся мужики — это что-то плюс зэки вставляют себе в причинные места какие-то «шары». Мне эти разговоры были сильно не по нутру.Одна дама так вообще рассказывала, что несколько раз специально расписывалась, а потом разводилась именно с заключенными, потому как, по ее словам, «вольняшки» — это не мужики. Я так поняла, что все она зоны объездила.

Рекомендуем прочесть:  Заполярье как считать стаж

Над такими, как я, расписавшимися в колонии «по любви», она откровенно смеялась и говорила: «Девки, да вы им нужны, чтобы передачки посылали, а на воле они сразу себе других найдут!» Много было и обычных скромных женщин, чьи мужья тоже были не какими-то там рецидивистами: ведь, как говорят, от тюрьмы и от сумы не зарекайся.Так и пролетело время.

Мужа я ждала верно. Детей до освобождения Павла я рожать не хотела, да и он об этом речи не заводил, потому во время долгосрочных свиданий тщательно предохранялась.

А вот моя подруга, через которую я и познакомилась с мужем, почти каждый раз приезжала из колонии беременной, а потом умоляла гинекологов отправить ее на бесплатный аборт, потому что муж сидит, денег нет. А так я, конечно, хотела иметь полноценную семью с детьми.Со свекровью я познакомилась и общалась, хотя и нечасто. Она меня приняла как невестку и, разумеется, не говорила о своем сыне ничего плохого.

Мы так по-настоящему и не сблизились, хотя я была совершенно не против этого.

Но свекровь оказалась из тех людей, которые при любых обстоятельствах склонны жить больше для себя, чем для других. За два года до освобождения Павла Анастасия Васильевна умерла, и похороны на себя взяла в основном я, как и благоустройство могилы.Когда Павел вышел на волю, конечно, был праздник. Прекрасно проводили время; правда, устраиваться на работу он не спешил.

Жили мы в моей квартире (квартиру покойной мамы Павла, правда, сдавали), ну, а в остальном — за мой счет. Сперва я относилась к этому снисходительно: все-таки человек столько лет провел в колонии, пусть отдохнет и насладится свободой. Потом он стал выпивать в компании друзей, затем вести себя грубо; унижал меня — вроде как по мелочи, но больно.

По-прежнему не работал. Я не стану описывать все, что было: это знает каждая женщина, у которой в семье происходили подобные вещи.Я не могла понять, как и почему прежде такой нежный и романтичный мужчина постепенно превращается в кого-то совершенно иного.

Сначала я все прощала, думая, что все же у Павла умерла мать, да и столько лет провести в неволе — это большая психологическая травма. Однако рожать от него детей я уже остерегалась.

Я пыталась выяснить, в чем дело, и однажды Павел мне сказал: «Я мечтал о тебе, лежа на нарах, как о прекрасной принцессе.

А здесь, когда ты рядом, ты стала обыкновенной, и таких, как ты, у меня может быть сто штук».

Кстати, после этого выяснилось, что он еще и изменяет мне: однажды проверила его телефон и обнаружила переписку. Когда сказала ему об этом, он меня ударил.В итоге мы расстались.

Семь лет жизни потеряны, и я снова одна. Я честно ждала Павла — его освобождение было для меня как звезда на черном небе.

Но эта «звезда» обернулась черной дырой.

Я опять без семьи, детей нет.

Я никогда и никому не скажу: «Ни в коем случае не связывайтесь с заключенными». Каждый человек имеет право на счастье, и у многих подобных пар в самом деле все складывается хорошо. Просто мужчину не узнаешь и не проверишь на расстоянии — все познается только в поступках, в делах, в тех отношениях, когда человек находится рядом, хотя и тогда поначалу можно многого не узнать.

К слову, я так и не выяснила, убил ли того человека именно Павел или он просто выгородил себя передо мной. Впрочем, это, как и многое другое, на его совести.Отсюда:

любовь,тюрьма в итоге разбитое сердце

Всем привет!Прочла историю Наталины-затронула она меня за больное, искренне понимаю эту девушку, сама жду парня, жду, но самое страшное-не уверена что будем вместе после его освобождения, в Вашей ситуации не нужно сейчас уходить в себя, ведите обычный образ жизни, больше времени посвящайте работе, любимому занятию, выход из сложившейся ситуации придет сам собой, главное, как было уже сказано-НЕ ОБЕЩАЙТЕ НИЧЕГО, это самое страшное для девушки, для воспитанной девушки, я, не подумав умом, а слышав только свое сердце , пообещала ждать и не предавать-сейчас, по прошествии какого-то времени, мне на пути начали встречаться интересные мужчины, на которых ранее даже и внимания не обращала, думала что никого кроме него не существует, а как оказалось-они есть, а обещание уже дано и я знаю что месть за это предательство будет и начинаешь уже думать не о своем личном счастье, а о нем, что он может сделать, знаю, что если я его предам-жизни нормальной не будет, сейчас мой сидит в изоляторе-10 суток его уже не слышу-плохо было первые несколько дней, до этого мы общались по 15 часов в сутки, поэтому наверное плохо и было, отсидевший человек меняется в любом случае, хотя многое зависит и от девушки, в общении со мной мой очень сильно изменился, но по каждой ситуации изначально он мне высказывает мнение не совсем нормальное, но на расстоянии я научилась им управлять, научилась до него доносить что-либо, он и извиняться начал сам не зная из-за чего(даже когда я виновата), но есть у меня подруга, которая вышла замуж за парня, сидел он, в компании сильно он отличается от других, в этот раз были у общих друзей на дне рождении-трезвый он, нормальный человек, выпил-началась у него тюремная бредятина, жена его сидит на 8-ом месяце беременности краснеет, ему все равно, они изначально скрывали то, что он сидел, но это становится видно даже невооруженным взглядом, жене неудобно, он ее ни во что не ставит, орет сидит, это конечно единичный случай, но он имеет место быть, я своего дождусь, но буду предельно внимательной к его поведению. Вы должны ждать пока есть любовь, по прошествии какого-то времени Вы сами поймете, готовы на так долго ждать или нет, , нужно ли Вам это, я тоже думала, что у меня огромная любовь, не обращала на мужчин никакого внимания-сейчас же все немного изменилась, но из-за данных обещаний я не могу быть счастлива, не делайте, пожалуйста, того же самого, не давайте никаких обещаний, все сидящие очень тонкими психологами становятся и Вы сами того не подозревая можете сказать то, что они хотят слышать, а ни в коем случае делать нельзя!!!!!

Что-то так все сложно девченки, не думала что когда-нить окажусь в такой ситуации, отвернулись все, подруги, друзья, родные. Ушла в себя. Может кто контакты черканет, хочется лично пообщаться.

Тупик какой-то.

Ждёшь? Плати. Зэки загоняют женщин в долги и кредиты, находясь в тюрьме, а прикрываются любовью

В колониях России в 2021 году 523,9 тысячи человек. По данным ФСИН, только 10% от этого числа — женщины.

Абсолютное большинство — мужчины.

Средний срок, который им нужно провести в колонии, — . Остаться на такое количество лет без женского внимания очень непросто. Однако, по словам бывшего заключённого Ивана Меренкова, интерес тут к женщинам иной.

За колючей проволокой можно купить многое, да вот только на это нужны деньги.Чтобы и деньги появились, и ласку иногда получать, многие зэки ищут знакомства по переписке. Для них это сплошные плюсы, а вот женщины затем страдают и расплачиваются с долгами. Технологии у тюремных ловеласов отработаны годами.Галине 42 года.

Она работает продавцом в продуктовом магазине.

Муж от неё ушёл несколько лет назад, сын уже вырос и живёт в другом городе. А о ком-то заботиться хотелось. Два года назад женщина зарегистрировалась на сайте знакомств, сходила на пару свиданий, но ни один из кандидатов ей не подошёл.

Прошлой зимой Галине написал молодой человек, представился Владимиром.— Начали общаться, интересный такой мужчина. Правда, моложе меня на 10 лет, но он говорил, что я ему нравлюсь, выгляжу хорошо — точно не на свой возраст. Обменялись телефонами, но он сказал ему не звонить.

Пообещал, что сам наберёт, когда будет время. И предупредил, что звонок будет через WhatsApp, потому что связь плохая, — рассказывает Галина.Первый звонок раздался поздно вечером.

Проговорили около часа. Только какой-то шум был всё время, будто много мужчин в одной комнате о чём-то разговаривают.

Галина этому значения не придала. В течение месяца Владимир писал и звонил, но встретиться никак не получалось: он утверждал, что всё время занят и находится в командировках. Женщина признаётся, что влюбилась по телефону, казалось, что у них столько всего общего.

Поэтому, когда Владимир, плача, рассказал, что на самом деле он отбывает наказание в колонии строгого режима, её это не смутило.

К тому же он убедил Галину, что в тюрьму попал из-за «подставы» своих знакомых и никакого преступления не совершал. По его словам, срок подходил к концу: буквально год подождать — и он будет на свободе. А значит — вместе с любимой.Фото © ТАСС /Василий КузьмичёнокЗаключённый предложил Галине приехать к нему на длительное свидание.

Но предупредил, что для этого нужны деньги. Якобы за взятку в пять тысяч рублей надзиратели смогут его отпустить и помогут с оформлением документов.— Длительные свидания можно оформлять на жену, с которой заключённый состоит в официальном браке, на маму, сестру, тётю или сожительницу.

Некоторые зэки этим пользуются: их «полосочки» — так заключённые называют своих подруг — выдают себя за дальних родственниц или оформляют у участкового по месту жительства бумагу с подписями трёх человек (по правилам это должны быть соседи, но на деле могут быть просто подружки), якобы подтверждающую сожительство с заключённым, —рассказал Иван Меренков.Галина отправила любимому пять тысяч и приехала в колонию как сожительница с необходимым документом и пакетами продуктов, чтобы все три дня из комнаты не выходить.

Так и получилось: любовь, страсть, разговоры, слёзы расставания, обещания жить вместе долго и счастливо, когда «вся эта канитель» закончится.

Женщина вернулась домой с абсолютной уверенностью в искренности возлюбленного и твёрдым намерением дождаться Владимира из тюрьмы.Но через пару недель он заявил, что у него проблемы, нужны деньги, подробности он рассказать не может, потому что это «может быть опасно» для Галины. Требовалось около 50 тысяч, у продавщицы таких денег не было. Она взяла микрозаём, отправила необходимую сумму своему «будущему мужу».Владимир на звонки больше не отвечал.

На сайте знакомств онлайн не появлялся. Галина выплачивала кредит и ждала весточки.

Когда молчание затянулось больше чем на месяц, женщина начала паниковать.

Стала звонить в колонию, искать контакты родственников Владимира в соцсетях, ведь она знала только его имя и фамилию.Оказалось, что заключённый осуждён за убийство, сидеть ему ещё около пяти лет. А его сестра рассказала Галине, что к зэку уже приезжало несколько женщин в течение его отсидки.

Все они отправляли ему деньги, которые Владимир просил под разными предлогами.

Но причина у всех его «неприятностей» одна — карточные долги.— Это очень распространённая история.

Со мной сидел парень, лет 25, мы его называли Французом за его умение убалтывать женщин. У него было два телефона и переносной аккумулятор.

Так он за день столько времени в приложениях для знакомств проводил, что всё разряжалось.

К нему чуть ли не каждые два месяца женщины приезжали, всем сильно за 40 лет. Кто «сестра», кто «тётя», кто «сожительница».

И деньги ему отправляли, а он их потом в карты проигрывал. Но, честно, талант у парня был так «полосок клеить», —говорит Иван Меренков.Фото © ShutterstockПо словам заключённого Александра, который сейчас отбывает наказание в колонии строгого режима в Челябинской области, современные зэки используют только Интернет: Badoo, Tinder, «ВКонтакте», «Одноклассники».

Когда из соцсети общение переходит в мессенджер и в созвоны, выбирают WhatsApp или «Телеграм», поскольку считается, что данные сервисы не прослушиваются.При этом на зоны до сих пор приходят пачки традиционных писем от женщин, которые желают познакомиться с заключёнными и готовы ждать, приезжать, присылать деньги.— Раз в месяц к нам надзиратель заходил, чтобы мы хотя бы на несколько писем ответили. Обычно это перед какими-то проверками было, нельзя, чтобы столько корреспонденции оставалось.

В конвертах письма и фотографии, часто духами набрызганные. Это всё смешно было нам, молодым пацанам, которые уже к Интернету привыкли, — рассказывает Александр.Схема, на которую попалась Галина, стандартная: милое общение, имитация занятости, откровенное признание с дрожью в голосе, намёк на возможность бурной встречи, исчезновение.

Длительные свидания разрешены заключённым два раза в год.

Но, как отмечают сами зэки, за небольшую плату можно договориться с сотрудниками колонии на встречи раз в три месяца и даже чаще.Иван описывает большинство избранниц зэков как женщин, которые «вокруг колонии ходят»: они либо сами когда-то отбывали наказание, либо ведут «пьюще-гулящий» образ жизни.— Процентов 70 всех «ждуль» — дамы за 40–50 лет. На зоне много молодых, голодных до любви парней.

А в этих женщинах полно нерастраченной заботы, материнский инстинкт просыпается, деньги присылают охотнее. Мы их так и называли: тётками, бабками, старухами.

К некоторым, конечно, приезжали и молодые девчонки.

Но, во-первых, их меньше. Во-вторых, на микрозаймы и отправление денег соглашаются с трудом — наверное, у них в головах появляется мысль: «Зачем мне этот сидевший?

У меня ещё всё впереди, кредиты какие-то брать.» Не знаю, — добавляет Иван.По мнению психолога Юлии Гальцевой, женщины соглашаются на роман с заключённым, потому что так им кажется, что избранник никуда не денется: он находится в закрытом месте, к нему не пускают других женщин, а главное — он нуждается в своей возлюбленной.

К ней он обращается за душевным разговором или за деньгами. И только она может ему помочь.Фото © ТАСС /Фадеичев Сергей— Длительное одиночество и заниженная самооценка — основные причины того, что женщина заводит роман с заключённым. А у мужчины в тюрьме выбор девушек небогатый, конкуренции нет, можно чувствовать себя уникальной, — говорит психотерапевт Анна Таипова.— И, конечно, вырастает чувство собственной значимости: я такая хорошая, не оставила человека в беде, помогаю ему.Иногда «ждулями» становятся женщины, которые проходили опыт общения с заключёнными.

Возможно, их отцы, деды, братья или сыновья отбывали наказание. Женщины проецируют этот опыт на других мужчин:

«Отцу я не смогла помочь, а этому несчастному помогу»

. Если девушка не получала любви и заботы в семье, когда была маленькой, она может чувствовать себя комфортно только в ожидании, если близкий человек недоступен.— Ещё одна причина связи с заключённым — избегание близости.

Оно может быть вызвано страхом перед живыми, настоящими отношениями либо негативным опытом в прошлом. Получается, что у женщины как бы есть отношения: она в переписке состоит, общается, любит, помогает, но при этом нет никаких бытовых моментов, финансовых споров, секса.

Очень доступный способ заменить реальную любовь, — отмечает Анна Таипова.По её словам, тюремные романы крайне редко имеют долгое и счастливое продолжение на воле. Ведь подсознательно бывший зэк ассоциирует свою спутницу с тем временем, когда он был в заключении. Из-за этого у него может проявляться агрессия по отношению к «ждуле», отмечает психолог.Если женщина передавала мужчине деньги под расписку во время свидания, то с этим документом она может обратиться в суд и попытаться вернуть свои средства.

Но, как правило, никаких бумаг влюблённые дамы не составляют.

Они просто дарят свои деньги заключённым в надежде на благодарность и будущее создание семьи.

Аргумент «он мне обещал», по словам юриста Андрея Некрасова, не работает.— Можно обратиться в суд с иском о незаконном обогащении, но только если у женщины есть паспортные данные ответчика.

И тогда в суде она будет доказывать, что ошибочно отправила деньги и теперь просит их взыскать. Но, как правило, паспортных данных нет, да и суммы не такие, чтобы из-за них идти в суд, привлекать адвокатов. Поэтому заключённые продолжают свои хитрые махинации, а женщин, которые им верят, меньше с каждым годом не становится, — добавил Андрей Некрасов.Галина выплатила кредит за своего осуждённого «суженого».

Теперь с зэками связываться не хочет. Жалко даже не денег, а потраченных нервов и пролитых слёз.

Её подруга, которая сейчас сидит на сайте знакомств и знает всю историю Галины с заключённым, говорит, что Владимир завёл новую страницу и, вероятно, ищет новых возлюбленных, которые готовы ждать и спасать.

Последние новости по теме статьи

Важно знать!
  • В связи с частыми изменениями в законодательстве информация порой устаревает быстрее, чем мы успеваем ее обновлять на сайте.
  • Все случаи очень индивидуальны и зависят от множества факторов.
  • Знание базовых основ желательно, но не гарантирует решение именно вашей проблемы.

Поэтому, для вас работают бесплатные эксперты-консультанты!

Расскажите о вашей проблеме, и мы поможем ее решить! Задайте вопрос прямо сейчас!

  • Анонимно
  • Профессионально

Задайте вопрос нашему юристу!

Расскажите о вашей проблеме и мы поможем ее решить!

+